И ВСЕ ЖЕ ГЛАВНОЕ - ЗДОРОВЬЕ! - Чем определяется, отчего зависит здоровье

^ И ВСЕ ЖЕ ГЛАВНОЕ - ЗДОРОВЬЕ!

Случай из моей практики, о котором хочу теперь рассказать, - это нечто большее, чем история болезни. Это история о том, как здоровье влияет на жизненный успех и радость бытия, как оно зависит от образа жизни и качества медицины, о том, как важно осознать необходимость постоянной работы над своим здоровьем.

Наконец, это демонстрация того, насколько эффективен и физиологичен системный подход к здоровью не только в профилактике, оздоровлении и поддержании здоровья, но и в лечении уже имеющихся болезней.

Речь идет о мужчине 36 лет со множеством жалоб. Преуспевавший в прошлом бизнесмен и общественный деятель не рассчитал своих сил: напряженная работа, банкеты, приемы, презентации с чревоугодием и неумеренными возлияниями и пренебрежение здоровым отдыхом сделали свое дело. Ко мне пришел человек с выраженным неврозом, постоянным головокружением, шумом в голове и звоном в ушах, постоянными болями в области печени почти после любой пищи, с камнями в желчном пузыре, болями в сердце и в области почек, с сердцебиением, аллергией, хроническим простатитом и орхитом (воспаление яичка). Поданным ультразвукового исследования, желчный пузырь был атоничен, то есть практически не сокращался, стенки его были утолщены, с грубыми складками, в его полости было густое мутное содержимое, много песка и несколько мелких камней.

Пациент был замечательным специалистом, знатоком своего дела, в голове было немало интересных идей, но не было ни сил, ни времени, ни настроения на их реализацию. Здоровья хватало лишь на работу, более или менее поддерживающую материальный достаток семьи. Много времени уходило на визиты и лечение у различных узких специалистов амбулаторно и в стационаре. Лечение обходилось недешево, но самочувствие все ухудшалось и ухудшалось. Хирург просто говорил, что желчный пузырь необходимо удалить, уролог закармливал пациента антибиотиками, после которых силы совсем таяли. Почками, сердцем, головой, неврозом вообще никто не занимался.

Сформировался своеобразный порочный круг: отсутствие здоровья не позволяло решать успешно профессиональные и бытовые проблемы, социально-бытовой дискомфорт усугублял нарушения здоровья.

Ни лечащие врачи, ни сам больной не могли разорвать этот порочный круг. Когда пациент пришел ко мне, он был в состоянии полной безысходности.

Работа с ним началась с того, с чего и должен начинать профессиональный врач, - с диагностики. Здесь хочется сделать небольшое отступление. Нередко те, кто обращается ко мне, даже после прочтения статей о моей системе имеют очень упрощенное и неправильное представление о моей диагностике. Одни думают, что я просто иридодиагност (диагностика по радужной оболочке глаз), для других удивительно, как это я, не пользуясь современными лабораторными супертестами и суперприборами, помогаю больным даже в тех случаях, когда никто не мог помочь.

Во-первых, это расхожее среди больных и медицинских работников заблуждение, что самыми информативными являются компьютерная томография, ультразвуковое исследование, биохимический анализ и т. п. Почему это не так, я уже объяснял в предыдущих разделах книги и не буду еще раз останавливаться на этом подробно. Скажу лишь, что, например, пульсовая диагностика или осмотр, опрос больного, иридодиагностика могут быть в сотни раз более информативными. Все зависит от мышления врача, его искусства, того, как он воспринимает и оценивает информацию.

Во-вторых, не являясь специалистами в медицине, больные после общения со мной выделяют в качестве диагностического метода только то, что выглядит таковым по форме, например, осмотр через микроскоп радужки глаза, не понимая, что процесс диагностики начинается уже с первого взгляда на пациента.

Оценка телосложения, манеры двигаться, говорить, история болезни, жалобы, более пристальный внешний осмотр занимают всего несколько минут, но дают порой столько психосоматической информации, что никакими суперприборами ее не заменить. Одна - две жалобы больного могут открыть мне понимание сложных нарушений в организме, которые не выявить никакими приборами. При этом суть не в том, что я лучше других вызубрил связь между жалобами и патологическими процессами, описанную в обычной медицинской литературе, а в том, что я совсем по-другому оцениваю жалобы, выстраиваю совсем другую логическую патогенетическую цепочку от жалобы к ее патофизиологической сути. И основой этого является системное мышление. Конкретные примеры я уже приводил в книге.

Далее пульсовая и иридодиагностика дают такую колоссальную и уникальную информацию, которой даже при большом желании не получить самыми современными методами. Хочу отметить также, что, проводя иридодиагностику, я применяю совсем иные принципы, чем сотни и сотни иридологов, то есть ищу на радужке не диагнозы, а совсем другую информацию, и по-другому ее анализирую, оцениваю. Об этом, в частности, я хочу подробно рассказать в своей будущей книге "Новая иридология", чтобы реабилитировать этот замечательный, дискредитированный неважными специалистами метод. Отчасти я уже сделал это в выпущенной в 1992 году брошюре "Что такое иридодиагностика?". В ней в доступной массовому читателю форме показаны истинная суть, возможности, пределы и значение иридодиагностики.

В-третьих, нередко я анализирую имеющиеся у больных на руках данные лабораторных и инструментальных методов исследования, иногда, в особых случаях, даже требую проведения некоторых из таких исследований, если они не были сделаны раньше. Это связано с тем, что каждый из существующих методов диагностики при всей своей ограниченности имеет и уникальные возможности.

Таким образом, проводимая мной диагностика содержит все элементы классической диагностики, но дополняется еще тем, чего не делается нив больницах, ни у целителей. И самое главное - всю эту информацию я анализирую с принципиально иных, системных позиций, что позволяет понять и лечить причину страданий человека и сразу весь организм. Это подобно ситуации, когда сотни людей годами ходят через обычный зеленый дворик, а художник с особенным видением создает шедевр "Зеленый дворик", или когда талантливый адвокат, по-иному оперируя всем известными фактами, выигрывает, казалось бы, безнадежное дело. То есть все дело не в том, чтобы получить факты, информацию, а в том, чтобы получить нужную информацию и иначе ее осмыслить. "Иначе" - не из чувства противоречия, а из стремления к истине.

Могу привести вполне жизненный пример, подтверждающий это. У ребенка методом ультразвукового исследования обнаруживают определенную деформацию желчного пузыря, записывают это в заключении и... ничего не назначают. То есть факт установлен, а выводов не сделано. А ведь деформированный желчный пузырь годами не будет справляться со своей работой, и это неизбежно приведет к нарушению его моторной (сократительной) функции - кдискинезии, затем к хроническому холециститу, затем, очень вероятно, к образованию в нем камней, и в итоге - к его удалению. Параллельно это даст хронический застой в печени, рефлекторную дисфункцию поджелудочной железы, нарушение пищеварения в кишечнике, что с годами будет делать свой вклад в общее нарушение обмена веществ, дезинтоксикации, в формирование невротического состояния, астении, в снижение иммунитета и многое другое. А ведь для того, чтобы желчный пузырь выполнял свою работу и не появились все описанные страсти, можно назначить как минимум десять рекомендаций, хотя вполне достаточно трех-четырех мягких, безвредных и даже приятных процедур, выполняемых дома.

Вернемся, однако, к нашему больному. При обследовании были выявлены некоторые специфические гормональные нарушения, патология желчного пузыря наследственного характера, которая и привела с годами к камнеобразованию, застойные явления и обменные нарушения в печени, негрубая сосудистая недостаточность в стволовой части головного мозга, функциональная слабость почек и признаки солеобразования в них, вторичные застойные явления в предстательной железе и одном из яичек.

Анализ сочетания и особенностей выявленных нарушений показал, что часть гормональных нарушений имела первичный наследственный, а часть - вторичный характер. Изменения в печени являлись следствием неправильного питания, хронического застоя желчи, нарушений вегетативной иннервации, отчасти отрицательного влияния нарушений обмена веществ, связанных с эндокринной дисфункцией и дисфункцией почек. Сосудистая недостаточность в основании мозга имела отчасти наследственный, отчасти прижизненный характер. Изменения в почках носили отчасти наследственный, отчасти вторичный характер в связи с эндокринной патологией и патологией печени. Было установлено, что истинного хронического простатита у пациента нет, а имеются лишь хронический застой в простате, нарушение ее сократительной и секреторной функций, связанные в первую очередь с нарушением гормонального контроля над простатой, а также с общим венозным застоем в большом круге кровообращения печеночного генеза и с обменными нарушениями в организме из-за патологии желчного пузыря, печени, почек.

Оказалось, что изменения в яичке связаны в первую очередь с бывшим достаточно грубым его воспалением с последующими достаточно выраженными фиброзными изменениями и, как следствие, - хроническим нарушением крово- и лимфотока, секреции. Дополнительный вклад в патологию яичка делали и застой в большом круге кровообращения, в простате, и все гормональные и обменные нарушения.

Больной, кстати, вспомнил, что действительно несколько лет назад у него было острое воспаление яичка. Анализ всех данных позволил понять, что невроз имел двоякий характер. Во-первых, социально-бытовой, профессиональный дискомфорт, во вторых - все вместе указанные выше нарушения в организме, приводящие к повышенной функциональной нагрузке на центральную нервную систему, к нарушению в ней обмена веществ и кровообращения, то есть в итоге к нарушению ее питания и дезинтоксикации.

Проведенный анализ данных диагностики дал целостную картину нарушений в организме и определил стратегию и тактику лечения. Среди стратегических задач важнейшими были: изменить мышление пациента, отношение к своему состоянию, к здоровью вообще, к принципам лечения.

Во-первых, теперь он имел представление о том, что с ним происходит, что происходит в его организме, что является причиной всех его болезненных симптомов. Он понял, что его состояние не безысходно, неудачи с лечением были связаны с тем, что его просто неправильно лечили, все занимались симптомами, следствиями, а не причиной; каждым симптомом по отдельности, а не всем сразу. Из моих разъяснений он понял, насколько в организме все тесно взаимосвязано и что несколько маленьких нарушений, складываясь и усугубляя друг друга, могут давать в итоге грубый симптом.

Во-вторых, пациент понял, что не может существовать одного или двух лечебных методов и средств, которые бы скомпенсировали или устранили такой большой комплекс нарушений в организме. Сложность изменений требует и адекватной сложности лечебного комплекса. У него сразу отпали характерные для многих больных вопросы: а можно ли вылечиться только травами, или иглотерапией, или новыми таблетками, или у экстрасенса, или "электронной таблеткой", или "кошачьим когтем", или у мануального терапевта, или в барокамере, или лазером...? Раньше он, как и все, искал чудо-средство или метод, и со всех сторон ему с готовностью эти чудеса предлагались. Он осознал, что каждый отдельный метод может сделать лишь частичный вклад в здоровье.

В-третьих, пациенту пришлось отказаться от прежнего представления, что можно полечиться две-три недели, месяц - и стать здоровым. Здоровьем необходимо заниматься постоянно. Можно привести здоровье в порядок и за несколько недель, нередко за несколько дней, но прекращение работы над здоровьем приведет со временем либо к возврату прежних проблем, либо к появлению новых. Почему? Потому, что для полного устранения приобретенных патологических изменений в органах нередко требуется от нескольких недель до нескольких месяцев, за несколько дней или одну - две недели можно лишь на время заглушить процесс, наследственные же органные дефекты необходимо корректировать всю жизнь, так как они сохраняются всегда. В итоге, с одной стороны, пациент должен соблюдать элементарные принципы здорового образа жизни, с другой - я даю ему медицинскую программу лечения, приумножения и поддержания здоровья, с третьей - он сам прилагает усилия для выполнения этой программы.

Тактика лечения, как уже говорилось, определялась сочетанием и особенностями выявленных нарушений в организме. В частности, функциональный характер изменений в простате позволял полностью отказаться от применяемых ранее урологами антибиотиков: они были излишни и, кроме большого вреда организму, ничего не давали. Фиброзные изменения в яичке требовали длительной рассасывающей терапии, без чего отек, болезненность ничем устранить не удалось бы. Принципы лечения печени, почек, невроза определялись не только прямым оздоравливающим воздействием на эти органы, но в первую очередь через те причинные факторы, о которых уже говорилось выше. С желчным пузырем дело обстояло так: навести порядок в нем можно было быстро, но с камнями ситуация выглядела сложнее. Главная задача заключалась в том, чтобы не увеличивались имеющиеся и не образовывались новые камни. Это также было сделать не сложно, необходимо было лишь постоянно бороться с застоем желчи и обеспечить ее нормальное качество как через работу с желчным пузырем и печенью, так и через весь организм. В этих условиях появлялся шанс постепенного избавления от камней.

Мою работу с пациентом облегчали несколько обстоятельств. Во-первых, он, как говорится, "дошел до ручки". Во-вторых, уже убедился в неэффективности симптоматического лечения. В-третьих, кроме образовавшихся камней в желчном пузыре, больной был еще не запущен. В-четвертых, это был достаточно дисциплинированный человек. Так что я мог надеяться на добросовестное и систематическое выполнение моих рекомендаций.

Действительно, больной активно взялся за лечение, состоявшее из постоянных и временных (курсовых) рекомендаций, которые периодически корректировались, уточнялись, дополнялись по телефону и при повторных визитах раз в несколько месяцев. К сожалению, в ходе нашей работы не обошлось и без казусов, связанных с тем, что сразу полностью перейти на новое мышление, новое представление о здоровье, отказаться от стереотипов ортодоксальной медицины не так просто. Об этих казусах я расскажу ниже.

В начале больному были назначены некоторые диетические ограничения (жареное, жирное), рекомендован широкий ассортимент специй в умеренном количестве. Для постоянного приема были назначены травы в малых дозах противовоспалительного, желчегонного, мочегонного, спазмолитического, реминерапизующего, общеукрепляющего, успокаивающего действия. На первое время в связи с выраженным неврозом были назначены также таблетки беллатаминала. Регулярно перед едой больной должен был принимать желчегонные таблетки или травы. Выбор их в аптеках достаточно большой, практически все таблетки растительного происхождения. Учитывая наличие камней в желчном пузыре и риск печеночной колики при приеме желчегонных, их доза вначале была очень маленькой (1/4-1/5 от обычной, с постепенным увеличением до полной дозы в зависимости от реакции). Рекомендовалась очень теплая грелка на печень после каждого приема пищи на 10- 20 минут, вначале - просто теплая на 5 минут с анализом реакции на тепло и, в зависимости от нее, с постепенным увеличением тепла и времени. Здесь мне хотелось бы прокомментировать две последних рекомендации. С точки зрения ортодоксального специалиста, при наличии камней в желчном пузыре категорически нельзя пить желчегонные и греть печень. Вот так они и доводят многих больных до операции, потому что приступы чаще всего все равно случаются.

Если проанализировать ситуацию с желчнокаменной болезнью, то можно выделить три возможных тактики лечения. Ортодоксы придерживаются таких: либо "отрезать" сразу (но желчный пузырь - совсем нелишний орган, да к тому же полостная операция совсем не безобидна и является большой нагрузкой на организм, а удаление желчного пузыря не решает проблему нормального качества желчи и, соответственно, пищеварения, обмена веществ и т. д.), либо "сидеть тихо" всю жизнь и никак не трогать печеночную систему (в этом случае гарантии от приступов все равно нет, тем более, что камни продолжают, как правило, активно расти, потому что для этого сохраняются условия, и все заканчивается все равно операцией). В этом случае, однако, также сохраняются и нарастают все проблемы, связанные с нарушением функции желчного пузыря, о которых говорилось выше. Третья тактика, которой придерживаюсь я, - это минимальный риск, но с налаживанием состояния и работы желчного пузыря и с остановкой роста камней, с появлением шанса на их постепенное размягчение, уменьшение и выход (если они не огромные), и с нормализацией описанных выше процессов, в которых участвуют желчный пузырь, желчь, печень.

К сожалению, есть немало людей, которые даже после всех этих подробных разъяснений спрашивают, гарантирую ли я, что камни исчезнут и что у них не будет приступов. Что касается исчезновения камней, то я мог бы даже и гарантировать, поскольку у меня есть немало пациентов, у которых за несколько месяцев большие, до двух с половиной сантиметров, камни уменьшаются на 10-40 процентов. Но гарантировать это я мог бы только при условии добросовестного выполнения моих рекомендаций. Гарантировать же от возможных приступов не могу, поскольку они могут быть в любой момент независимо от того, лечится человек или нет и как лечится. Обычно, не видя готовности пациента к взвешенному сотрудничеству, я говорю ему, чтобы он, если это его устраивает, сделал операцию - тогда у него не будет повода предъявлять кому-либо претензии. Обычно такие люди не способны понять, что их претензии могут быть необоснованны, и неспособны осмыслить все негативные последствия удаления желчного пузыря. Ведь это придет очень постепенно и лишь через несколько лет.

Кроме того, с учетом выявленной патологии больному были назначены курсы средств общеукрепляющего действия, улучшающих обмен веществ, делающих свой вклад в повышение иммунитета, регенераторных возможностей организма. Среди них были различные природные препараты, содержащие микроэлементы, витамины и т. п. В дальнейшем, по мере избавления от аллергичности (за счет работы со всем организмом, а не каких-то особых противоаллергических средств), назначались продукты пчеловодства, а по мере укрепления организма - и биостимуляторы.

Для стимуляции кровотока, обмена веществ в слабых органах и улучшения их вегетативной иннервации был рекомендован регулярный, до двух-трех раз в день, самомассаж соответствующих кожных рефлекторных зон: затылка, воротниковой зоны, верха поясницы, зоны печени, а также тепловые процедуры на область почек и специальные упражнения из классической европейской гимнастики и хатха-йоги.

По результатам диагностики был рекомендован точечный массаж (акупрессура), который очень прост на первый взгляд, но очень физиологичен и эффективен на самом деле. В связи с тем, что точечный массаж требует немало времени, вначале был назначен ограниченный комплекс точек, который постепенно расширялся. Такая возможность появлялась, поскольку со временем акупрессуру можно проводить не каждый день.

Для тренировки вегетативных процессов был рекомендован контрастный душ.

В печеночный лечебный комплекс входила вся системная терапия и в качестве дополнения - курсы гепатопротекторов (средств, восстанавливающих печень).

Для нормализации нервных процессов, помимо указанных выше рекомендаций, был назначен комплекс из успокаивающих ванн и чаев по вечерам.

Непосредственно для предстательной железы и яичка были назначены: физиотерапия в лечебном учреждении, специальные точки для акупрессуры, массаж яичек 1-2 раза в неделю по числу лет, микроклизмы с ромашкой, календулой, специальные упражнения (хождение на ягодицах, на корточках, "полулотос"), добавление в лечебные настои трав корня лопуха и листа лесного орешника, гидромассаж простаты (описан в разделе о лечении простатита).

Как я говорил в начале, этот раздел - не просто история болезни, но и история жизни. Мне было очень интересно наблюдать, как не сразу, постепенно, за время лечения мой пациент не только стал очень крепким, здоровым, но и жизнерадостным, энергичным, вновь преуспевающим человеком, как менялись его взгляды не только на здоровье, на медицину, но и на жизнь вообще.

Уже чуть больше, чем через неделю, пациент позвонил мне и сказал, что вот уже несколько дней его впервые за два года не беспокоит звон в ушах. Вскоре прекратился и шум в голове. В ближайшие три недели он отметил, что прежде постоянные и сильные боли в области печени стали крайне редкими и слабыми. В дальнейшем эти боли прошли совсем и не появляются даже в командировках и даже при нарушениях в питании. Интересно его наблюдение. Во время командировки во Францию после переговоров ему не удалось избежать застолья с необычной и очень обильной пищей. Однако никаких проблем у него не возникло, в то время как двое его коллег, считающих себя здоровыми, болезненно отреагировали на пищевую нагрузку.

Как я уже говорил, не обошлось без казусов. Почувствовав улучшение со стороны желчного пузыря, пациент потихоньку от меня сделал через две недели после начала лечения ультразвуковое исследование и потом с радостью сообщил мне, что желчный пузырь стал нормально сокращаться, исчезли утолщение и складчатость его стенок, полностью исчезло вязкое мутное содержимое и песок, хотя все камни остались на месте. Конечно, я сделал ему замечание, что все свои шаги он должен сверять со мной. Дело в том, что особой необходимости в данном обследовании не было. Я не сомневался, что отмеченные положительные изменения произойдут, а с камнями за такое время ничего не изменится. Но все же это имело и положительное значение: больной убедился в высокой эффективности проводимого лечения и в том, что запреты желчегонных и тепловых процедур были необоснованны.

Описанные сроки положительных сдвигов не являются стандартом. То есть не обязательно у всех больных такие же изменения происходят точно в те же сроки. Все люди разные, системные механизмы болезней уникальны у каждого человека и сроки положительных сдвигов также индивидуальны. Однако если, например, больной через два-три месяца скажет мне, что у него сохраняется мутная взвесь в желчном пузыре, я точно знаю, что либо больной ничего не делает, либо делает, но далеко не все, либо, что также бывает (и бывает это с невежественными людьми), делает все не так, как я сказал (несмотря на то, что каждая рекомендация подробно разъясняется и расписывается). Такие ситуации бывают иногда и с пациентами, имеющими любые другие проблемы со здоровьем. Имея большой врачебный опыт, большой опыт системной терапии и зная людей как врач, я всегда знаю, в чем дело. Например, если больной бронхиальной астмой скажет мне через месяц-два, что его астма никак не изменилась, я просто знаю, что причина в самом больном. При этом он говорит, что все тщательно выполняет. При анализе ситуации всегда выясняется, что это ему лишь кажется: что-то больной не выполняет совсем (ему показалось, что это "не так уж важно"), что-то выполняет неправильно, потому что невнимателен или потому что ему кажется, что по-другому лучше (тогда незачем и идти к врачу), что-то вредное, оказывается, продолжает делать из своих прежних "предписаний" от целителей. Чаще же всего при анализе результатов, когда больному задаешь точные вопросы, выясняется, что да, астма полностью еще не прошла, но приступы стали в три раза реже, в два раза слабее, и все это - на фоне либо полной отмены прежних таблеток, либо уменьшения их дозы. Но ведь это и есть процесс выздоровления!

Через несколько недель больной сообщил мне с удивлением, что бывшее многолетнее грибковое поражение стоп с шелушением, наростами, трещинами, то сухостью, то мокнутием, не поддававшееся раньше никакому лечению, прошло само собой. Кожа стоп стала совершенно нормальной. На первом приеме пациент ничего не сказал об этой проблеме, во-первых, потому, что давно привык к ней, во-вторых, потому, что ему просто в голову не приходило, что эта проблема решаема.

В ближайшие от начала лечения 2-3 месяца больной стал избавляться от сердцебиений, болей в области почек, простаты, в яичке, становился значительно спокойней, у него возросла сексуальная активность, он стал совершенно по-другому выглядеть, начал потихоньку развивать бурную профессиональную деятельность. Однако проблемы в простате и яичке, хотя и уменьшались, доставляли еще немало беспокойства. И тут случился второй казус. Я уехал отдыхать, в этот период пациент перекупался, переохладился и у него началось усиление болей в яичке и простате. Вместо того, чтобы снова вернуться к активному выполнению моих рекомендаций (к этому времени, чувствуя себя хорошо, он уже расслабился и немножко "халтурил" в лечении, так уж устроены люди), он пошел к урологу, тот поставил ему диагноз обострения простатита и орхита, уложил в больницу, "задавил" его антибиотиками... Кроме того, пока он лежал в больнице, почти ничего не выполнял из моих рекомендаций. Когда я вернулся, больного было не узнать, он снова выглядел очень плохо, чувствовал себя чуть ли не хуже, чем до лечения, во всяком случае, был очень слаб. Этого и следовало ожидать после нескольких сильных антибиотиков в больших дозах. Он сам сделал выводы, мне не пришлось много говорить. Он забыл, что у него нет простатита (и что простатита в принципе не существует в природе), есть лишь выраженные функциональные нарушения, что антибиотики ему не нужны и, кроме вреда, ничего не принесут, что лечить необходимо весь организм...

Нам удалось быстро привести больного в порядок. В дальнейшем он перешел от рекомендованного мной узкого комплекса асан к более серьезным занятиям хатха-йогой, освоил методики расслабления, дыхания, совершенствуется под моим руководством в акупрессуре, не перестает восхищаться их эффективностью. Со временем я научил его собирать травы, и теперь он сочетает отдых на природе с их сбором, подключив к этому и членов семьи.

Как я уже говорил, сейчас это очень здоровый, продолжающий здороветь, энергичный, жизнерадостный, преуспевающий, прекрасно выглядящий человек. Единственная проблема, которая беспокоила больного дольше других, - это иногда появляющаяся после длительного сидения и переохлаждения небольшая боль в яичке. Однако я ожидал этого с самого начала, поскольку выраженные фиброзные изменения в нем (да и в любом органе) медленно и не всегда на сто процентов обратимы. Но и эта проблема постепенно ушла.

Недавно мой пациент позвонил и сказал, что для интереса обследовался у уролога, в том числе и на УЗИ. В простате абсолютный порядок. Уролог не поверил, что еще не так давно другие урологи говорили о страшном хроническом простатите у моего пациента.

Другое дело, что появилась новая проблема. Как и у любого человека, перенесшего серьезное заболевание или другое физическое страдание, у моего пациента происходит духовный кризис.

Перенесенные страдания, зрелый возраст, соприкосновение с новым мышлением, новой философией здоровья неизбежно привели к этому. Постепенно происходит переоценка ценностей, среди которых важнейшими для моего пациента становятся не просто бизнес, а интересная и полезная работа, не просто достаток, а счастье членов семьи, не лечение у престижного профессора или модного целителя, а просто крепкое здоровье, которое создается в значительной мере собственными руками. Это хорошая проблема; я рад ей, поскольку она ведет моего пациента еще и к духовному здоровью.

 


2409859043197125.html
2410054917522418.html
2410174742621918.html
2410296509912307.html
2410459657351165.html