Беседа 42. Различные добродетели Авраама и призыв слушателей к подражанию ему - страница 30


называет оно смерть грешников "лютой": смерть, говорит, грешников люта (Пс.33:22).

Хотя бы кто расстался с жизнью в своем доме, в присутствии жены и детей, в собрании

родственников и знакомых, но, если не имел добродетели, "люта" смерть его. Напротив,

стяжавший добродетель, хотя бы умер на чужбине, поверженный на землю, – да и что я

говорю: на чужбине или на земле? – хотя бы впал в руки разбойников, хотя бы сделался

добычей зверей, "честна" будет смерть его. Скажи мне: сын Захарии не во главу ли был

усечен? А Стефан, первый украсившийся венцем мученичества, не скончался ли, будучи

побит камнями?


А Павел и Петр не преставились ли от настоящей жизни, первый, будучи усечен, второй –

противоположным Господу образом приняв крестное мучение? И не за то ли особенно

они и прославляются и воспеваются по всей вселенной?


2. Соображая все это, не будем считать жалкими умирающих на чужбине, ни ублажать

разлучающихся с жизнью в собственном доме; но, последуя правилу божественного

Писания, поживших в добродетели и так преставившихся будем ублажать, а умирающих в

грехах признавать несчастными. Как добродетельный проставляется в лучшую жизнь,

получая возмездие за свои труды, так не имеющий добродетели, умирая, уже испытывает

начатки мучений, и, отдавая отчет в делах своих, подвергается невыносимым страданиям.


При мысли об этом нужно, поэтому заботиться о добродетели, и в настоящей жизни, как

на ристалище, подвизаться так, чтобы, по окончании зрелища, украситься светлым

венцем, и напрасно не раскаиваться. Пока еще продолжается время подвигов, можно, если

захотим, отложить леность и преуспеть в добродетели, дабы получить предлежащие

венцы. Но, если угодно, обратимся к продолжению повествования. После того, как Иаков

заповедал сыну касательно погребения, и Иосиф отвечал: "сделаю по слову твоему", –

Иаков сказал: "клянись мне. И клялся ему. И поклонился Израиль на возглавие

постели". Посмотри на этого старца, человека уже преклонных лет, патриарха,

поклонением выражающего уважение к Иосифу, и самым делом показывающего теперь

исполнение сновидения. Когда Иосиф рассказывал ему свое сновидение, он сказал,

говорит Писание: "неужели я и твоя мать, и твои братья придем поклониться тебе до

земли" (Быт.37:10)? Но, может быть, кто-нибудь скажет: как же исполнилось сновидение,

когда мать Иосифа прежде умерла и не поклонилась сыну? Но Писание обыкновенно

главнейшим означает все. Так как "глава жене муж" (1Кор.11:3), и притом сказано: "и

будут одна плоть" (Быт.2:24), то, как скоро преклонилась глава, очевидно уже и все тело

последует главе. Если отец это сделал, тем более сделала бы это мать, если бы не

похищена была от жизни (смертью). "И поклонился Израиль на возглавие постели".

Поэтому и Павел сказал: "верой Иаков, умирая, благословил каждого сына Иосифа и

поклонился на верх жезла своего" (Евр.11:21). Видишь ли, что и это самое Иаков сделал

по вере, предвидя, что Имевший родиться от семени его будет царского рода? Затем,

когда Иаков заповедал сыну то, что хотел, немного после, говорит Писание, Иосиф, узнав

что изнемогает отец его, что он при дверях гроба, и уже приближается время кончины его,

– "взял с собой двух сынов своих. Известили об этом Иакова; Израиль собрал силы

свои и сел на постели (Быт.48:1-2). Посмотри, как любовь к сыну укрепляла старца, и как


сила духа побеждала немощь. Услышав о прибытии сына, он, как говорит Писание, "сел

на постели". Увидев его, он показывает отеческую любовь к нему и так как готовился к

смерти, то своим благословением ограждает детей, оставляя им это величайшее достояние

и богатство, никогда не могущее истощиться. Вот как он начинает. Сначала повествует о

Божьем к нему благоволении, и потом уже преподает благословение детям. "Бог

Всемогущий", говорит он, "явился мне в Лузе, в земле Ханаанской, и благословил

меня, и сказал мне: вот, Я распложу тебя, и размножу тебя, и произведу от тебя

множество народов, и дам землю сию потомству твоему после тебя, в вечное

владение" (Быт.48:3-4). Возвестил мне, говорит, Бог, явившись мне в Лузе, что Он

умножит семя мое так, что из него произойдут собрания языков, и землю ту обещал дать

мне и семени моему. "И ныне два сына твои, родившиеся тебе в земле Египетской,

мои они; Ефрем и Манассия, как Рувим и Симеон, будут мои" (Быт.48:5). Этих (сынов

твоих), говорит, которых ты имел прежде прибытия моего, я включаю в число моих детей,

и они наравне с родившимися от меня получат мое благословение. "Дети же" после сего,

"которые родятся от тебя после них, будут твои; они под именем братьев своих будут

именоваться в их уделе". Ведай же, что и мать твоя Рахиль, когда я приблизился к

Вифлеему, умерла "и похоронил ее там, на дороге к Ефрафе. И увидел Израиль

сыновей Иосифа и сказал: кто это? И сказал Иосиф отцу своему: это сыновья мои,

которых Бог дал мне здесь. Иаков сказал: подведи их ко мне, и я благословлю их. И

подвел их к нему, и он поцеловал их и обнял их" (Быт.48:6-10). Смотри, на этого

старца, как он спешит, торопится благословить детей Иосифа. Иосиф приблизил их к

нему, и он облобызал и обнял их, и сказал Иосифу: "не надеялся я видеть твое лицо; но

вот, Бог показал мне и детей твоих" (Быт.48:11). Много, говорит, даровала мне милость

Божья, и еще больше, нежели я ожидал, а лучше сказать – чего я вовсе не ожидал. Не

только я не лишился лицезрения твоего, но вот увидел и родившихся от тебя детей. "И

отвел их Иосиф от колен его и поклонился ему лицом своим до земли" (Быт.48:12).

Посмотри, как и детей прежде всего учил он воздавать подобающую честь старцу.

Взявши, сказано, Иосиф подвел, по преимуществу первородства, сначала Манассию, а

потом Ефрема.


3. Здесь заметь, что праведник, у которого от старости ослабело телесное зрение ("Глаза

же притупились его от старости; не мог он видеть ясно"), очи душевные имел еще

крепкие, и верой провидел даже будущее. Не следуя указанию Иосифа, но, переложив

руки во время благословения, он отдал преимущество младшему сыну его, и предпочел

Манассии Ефрема. И сказал: "Бог, перед Которым ходили отцы мои" (Быт.48:15).

Смотри, какое было смирение у патриарха, какая душа благочестивая! Не дерзнул сказать:

Бог, Которому благоугодил я, но что сказал? Которому благоугодили "отцы мои".

Видишь ли душу благомыслящую? Хотя незадолго перед этим во время рассказа он

говорил: в Лузе явился мне Бог и обещал дать мне и семени моему всю ту землю, и во

множество языков сотворить семя мое, и, таким образом, имел очевидные доказательства

Божьего к себе благоволения, однако сохранял еще уничиженный дух, – и говорит: "Бог,

перед Которым ходили отцы мои Авраам и Исаак". Потом: "Бог, пасущий меня с тех

пор, как я существую". Опять и в этом заметь великое его благомыслие. Не говорит о

своей добродетели, а указывает на то, что было явлено ему от Бога, и говорит: "пасущий

меня с тех пор, как я существую, до сего дня". Именно Он есть благоустроивший жизнь

мою от начала до настоящего времени. Так еще и прежде говорил он: "с посохом моим

перешел этот Иордан, а теперь у меня два стана" (Быт.32:10). И теперь то же самое

говорит, только другими словами: "пасущий меня с тех пор, как я существую, до сего

дня, Ангел, избавляющий меня от всякого зла" (Быт.48:15-16). Слова души

благопризнательной, сердца благочестивого, сохраняющего в свежей памяти благодеяния

Божьи! Он, говорит, – Которому благоугодили отцы мои, Который питал меня от юности

до настоящего времени. Который изначала избавлял меня от всех зол и показал столь


великое попечение обо мне, Он – "да благословит отроков сих; да будет на них

наречено имя мое и имя отцов моих Авраама и Исаака, и да возрастут они во

множество посреди земли" (Быт.48:16). Видишь ли вместе и разумение и

смиренномудрие, – разумение в том, что проведя очами веры предпочел Манассии

Ефрема, – смиренномудрие в том, что нисколько не упомянул о своей добродетели, а

(вознес) молитву и преподал им благословение в силу благоугождения отцов и бывших

ему (от Бога) благодеяний? Но тогда как Иаков, предвидя будущее, преподавал им такое

благословение, – Иосиф, видя, что младший предпочтен первородному и считая это

несправедливым, "сказал", сказано, сей "первенец; положи на его голову правую руку

твою. Но отец его не согласился и сказал: знаю, сын мой, знаю; и от него произойдет

народ, и он будет велик; но меньший его брат будет больше его, и от семени его

произойдет многочисленный народ" (Быт.48:17-19). Не думай, говорит, что я просто или

случайно, или по незнанию сделал это; я знаю, и, предвидя имеющее быть впоследствии,

так благословил его. Хотя Манассия имеет преимущество по естеству, но меньший будет

больше его, и потомство меньшего будет во множество народов. А все так было потому,

что здесь предсказывалось царство. Поэтому уже и в самом совершении благословения

Иаков предвозвещал будущее. "И благословил их, говоря: тобой будет благословлять

Израиль, говоря: Бог да сотворит тебе, как Ефрему и Манассии. И поставил Ефрема

выше Манассии" (ст. 20). Таким образом будут они, говорит, оба славны, так что все

будут молиться о том, чтобы достичь их славы; однако Ефрем будет первенствовать перед

Манассией. Видишь ли, как благодать Божья предсказывала ему будущее, и он, движимый

пророческим духом, благословляет детей Иосифа, созерцая имевшее произойти спустя

столь много времени, как настоящее и видимое братьями? Таково пророчество.


И как телесные глаза не могут созерцать ничего, кроме видимого, так очи веры взирают не

на видимое, а созерцают то, что должно совершиться впоследствии через много родов.

Это вы еще точнее увидите из тех благословений, которые он преподает собственным

детям. Но чтобы не сделать свое слово слишком продолжительным, и не причинить вам

большого труда, мы удовольствуемся теперь сказанным, а благословение детям отложим

до следующей беседы. Убеждаем только любовь вашу поревновать праведнику этому, и

оставлять своим детям такое же наследство, которое никогда ни от чего не может

потерпеть вреда. Наследство, состоящее в богатстве, часто бывает для получивших его

причиной гибели, разных наветов и многих опасностей. Здесь же нельзя опасаться ничего

подобного. Это – сокровище, не могущее истощиться, сокровище не гибнущее, не

могущее уменьшиться ни от козней человеческих, ни от нападения разбойников, ни от

злоумышления рабов, ни от чего-либо другого подобного; оно сохраняется постоянно.

Оно – духовное, и не уступает силе человеческих наветов. А если получившие его будут

бодрствовать над ним, то оно сопутствует им и в жизнь будущую, и предуготовляет

вечные обители.


4. Итак, не будем заботиться о том, чтобы собирать богатство, и оставить его детям; будем

научать их добродетели и испрашивать им благословение от Бога; вот это, именно это –

величайшее сокровище, неизреченное, не оскудевающее богатство, с каждым днем

приносящее все большее богатство. Нет ничего равного добродетели, нет ничего

могущественнее ее. Хотя бы ты указал мне на царство и на облеченного диадемой, но если

– только он не имеет добродетели, он будет несчастнее убогого, одетого в рубище. Какую

может принести ему пользу диадема или порфира, когда его губит собственная

беспечность? Разве Господь взирает на различие внешних достоинств? Или преклоняется

перед знаменитостью лиц? Одно здесь требуется – подвигами добродетели отверзать

двери дерзновения к Нему, так что не стяжавший этим путем дерзновения будет

оставаться среди отверженных и лишенных всякой надежды (спасения).


Будем все иметь это в виду и так наставлять наших детей, чтобы предпочитали

добродетель всему другому, а обилие богатства считали за ничто. Оно, оно-то часто и

бывает препятствием к добродетели, когда юноша не умеет надлежащим образом

пользоваться богатством. Как малые дети, когда берут в руки ножи или мечи, часто, по

неумению надлежащим образом пользоваться, подвергают самих себя явной опасности,

почему матери и не позволяют им безбоязненно касаться их, – так и молодые люди, когда

получат большое богатство, вследствие того, что не хотят надлежащим образом

пользоваться им, сами себя низвергают в явную опасность, собирая себе через это

богатство бремя грехов. Отсюда рождаются роскошь, неуместные удовольствия и

бесчисленное множество зол. Не говорю, что это происходит прямо от богатства, а от

неуменья получивших его пользоваться им, как должно. Потому-то и премудрый сказал:

"хорошо богатство, в котором нет греха" (Сир.13:30). Хотя и Авраам был богат, и Иов

был богат, однако они не только не потерпели никакого вреда от своего богатства, но еще

более прославились. Ради чего и почему? Потому, что не для своего только наслаждения

пользовались богатством, но для утешения других, помогая бедным в их нуждах и

отверзая свой дом для всякого странника. Вот послушай, что говорит один из них:

странник не ночевал на улице; двери мои я отворял прохожему (Иов.31:32). И

отказывал ли я нуждающимся в их просьбе и томил ли глаза вдовы? (ст. 16). Да и не

только оказывали пособие неимущим из своего богатства, но и заботились о них через

свое покровительство. "Я был", говорит, "глазами слепому и ногами хромому... и из

зубов беззаконника исторгал похищенное" (Иов.29:15,17). Видишь ли, что он и об

обижаемых заботится, и служит всем вместо увечных членов? Этому праведнику всем

нужно подражать, – праведнику, прежде закона и прежде благодати показавшему столь

великое любомудрие, и притом не имевшему ни наставника, ни добродетельных предков,

а собственными усилиями и здравым смыслом пришедшему к такой доброй жизни.

Каждый из нас имеет лежащее в самой природе познание о добродетели; и если кто не

хочет по небрежности погубить благородство своей природы, то никогда не лишится

этого. Дай Бог, чтобы все мы, избрав добродетель и ревностно подвизаясь в ней,

сподобились блага, обетованных любящим Его, благодатью и человеколюбием Господа

нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и

присно, и во веки веков. Аминь.


БЕСЕДА 67


"И сказал Израиль Иосифу: вот, я умираю; и Бог будет с вами и возвратит вас в землю

отцов ваших; я даю тебе, преимущественно перед братьями твоими, один участок,

который я взял мечом моим и луком моим" (Быт.48:21-22).


1. Мы обещали докончить беседу об Иакове в прошедший раз; но, как слово наше уже

слишком распространилось, то мы не могли вполне выполнить обещания. Поэтому я хочу

сегодня предложить оставшееся от прежних бесед, дабы, хотя ныне, если Бог даст,

достигнуть конца. Но прежде нужно напомнить вашей любви, на чем мы в прошедший раз

остановили наше слово, чем заключили поучение. Вы, конечно, знаете и помните, что,

когда праведник, намереваясь благословить детей Иосифа, предпочел Ефрема Манассии и

когда отец был этим огорчен, – то сказал ему: "знаю; и от него произойдет народ, и он

будет велик; но меньший его брат будет больше его, и от семени его произойдет

многочисленный народ. И благословил их в тот день, говоря: тобой будет

благословлять Израиль, говоря: Бог да сотворит тебе, как Ефрему и Манассии. И

поставил Ефрема выше Манассии" (Быт.48:19-20). До этого места доведши слово, мы,

чтобы множеством сказанного не обременить вашей памяти, здесь и прекратили поучение.

Итак, сегодня, если угодно, мы рассмотрим последующее. "И сказал", сказано в Писании,

"Израиль Иосифу: вот, я умираю; и Бог будет с вами и возвратит вас в землю отцов


ваших; я даю тебе, преимущественно перед братьями твоими, один участок, который

я взял мечом моим и луком моим". Когда благословлял он сыновей (Иосифа) и,

предвидя будущее, предпочел младшего старшему, то, желая убедить Иосифа, что он

сделал это не просто и не напрасно, но, предсказывая будущее, предсказывает ему и

собственную свою кончину, и то, что (потомки его) возвратятся из чужой земли в Ханаан,

в землю отцов своих, и тем поддерживает в них отрадные надежды, дабы они ободрялись

ожиданием. Ведь надежда будущих благ всегда уменьшает трудности настоящей жизни.

Показывая и в самое время кончины своей любовь к Иосифу, говорит ему: "я даю тебе,

преимущественно перед братьями твоими, один участок", этим как бы объясняя, что

совершенно это сбудется: сообразно с моим предсказанием, – вы возвратитесь и

наследуете землю отцов ваших; даже и город Сихем я даю тебе в наследство,

преимущественно перед братьями твоими, – город, который я взял из рук Аммореев

"мечем моим и луком". Что это значит? Здесь Иаков приписывает себе то, что Симеоном

и Левием сделано было с сихемлянами и потому говорит: "который я взял мечом моим

и луком моим". Но здесь, кстати, кто-нибудь может спросить: почему он приписывает

себе это дело, а потом, делая завещание, он, как написано, укоряет их (в этом же самом

поступке)? Не противоречит сам себе праведник, но обнаруживает кротость своей души, и

то, что это сделалось без его ведома. Он не только не был доволен случившимся, но даже

порицал, когда так случилось. Итак, желая показать свою любовь к Иосифу, уступает ему

Сихем и говорит: "который я взял мечом моим и луком моим". Хотя, то есть, это они

(Симеон и Левий) сделали, но теперь это в моей власти. Если отец – владыка своих детей,

то тем более владыка того, что приобретено ими. Если же он владыка, то он может

разделять стяжания, как хочет. Итак, желая показать Иосифу свое расположение, Иаков

высказал это не только благословением Ефрема и Манассии, но и через оставление

избранного Сихема в наследство сыну. "И призвал Иаков сыновей своих и сказал:

соберитесь, и я возвещу вам, что будет с вами в грядущие дни; сойдитесь и

послушайте, сыны Иакова, послушайте Израиля, отца вашего" (Быт.49:1-2). Заметь

благоразумие праведника: предузнав время своей кончины, он призывает к себе детей, и

говорит: "соберитесь, и я возвещу вам, что будет с вами в грядущие дни". Придите,

говорит, и узнайте от меня не настоящее и не то, что будет в скором времени, но то, что

будет в самые отдаленные дни. И это я возвещаю вам не от себя, но по вдохновению от

Духа; поэтому я и буду провозвещать события, имеющие быть потом через многие

поколения. Готовясь оставить эту жизнь, я хочу в каждом из вас запечатлеть память

событий, как на медном столпе. Теперь смотри, как праведник, в собрании детей,

сохраняя порядок их рождения дает каждому из них соответствующее каждому или

проклятие или благословение, показывая и этим превосходство своей добродетели.

Начинает с первенца. "Рувим", говорит, "первенец крепость моя и начаток силы моей,

верх достоинства и верх могущества" (Быт.49:3). Смотри, как велика мудрость

праведника! Желая еще более усилить тяжкое, падающее на Рувима, осуждение, говорит

сначала о преимуществах, принадлежащих ему по рождению, о первенстве, которое имел

он, будучи начатком детей и наслаждаясь достоинством сына первородного; затем, как бы

на медном столпе, чертит его самопроизвольные преступления, показывая тем, что нет

никакой пользы от преимуществ природы, если они не сопровождаются совершенствами

воли, так как только качества воли привлекают или похвалу или укоризну. "Верх",

говорит, "достоинства и верх могущества". Ты, говорит, по собственной

опрометчивости, потерял достоинство, данное тебе от природы. Затем описывает и самый

род преступления, дабы произнесенное на него осуждение послужило величайшим и для

потомков уроком – не отваживаться на подобные дела. "Ты бушевал, как вода, – не

будешь преимуществовать, ибо ты взошел на ложе отца твоего, ты осквернил

постель мою, взошел" (Быт.49:4). Здесь он намекает на сожитие Рувима с Валлой.


2. Вот как (Иаков) разумением, дарованным ему от Духа, предупреждая последующее

узаконение Моисея, именно, что не позволительно отцу и сыну вступать в сожительство с

2297003557462064.html
2297154625404224.html
2297246739340103.html
2297337006056523.html
2297405701981380.html